Дядюшки, тётушки и люля-кебаб

— Это неправда! — почти Дракон возмущённо потряс книгой, — Что значит “едят всё без разбора”? Враки это! Очень даже с разбором!
— Конечно! — согласилась Царевна, — Тот, кто это написал, явно мало общался с Драконами и не знал их вкусов.
— Да! Он выставляет нас в плохом цвете, а это нехорошо!
— Полностью с тобой согласна! Как научишься писать, обязательно напишешь ему письмо с требованием опровергнуть эту информацию! А пока читай дальше.
Почти Дракон, возмущённо сопя, нашёл нужную страницу и тяжело вздохнул.
— “До-воль-но час-то Дра-ко-ны со-вер-ша-ют на-лё-ты на де-рев-ни и е-дят лю”…
Царевна, округлив глаза, резко выхватила книгу из его лап.
— Ты чего? — удивился почти Дракон, — Я же не дочитал! Что едят-то, а?
— Люля-кебаб, — выпалила Царевна, спрятав книгу за спину, — Блюдо такое, заграничное. Драконы его очень любят.
— Правда? А можно мне его тоже попробовать? Я ведь Дракон, хоть и почти, значит, я его тоже любить должен.
— Конечно. В следующий раз обязательно принесу.
Почти Дракон довольно заулыбался.
— Спасибо. Давай дальше читать?
— Нужна другая книга, — ответила Царевна, — Про что-нибудь другое, а не про еду. Завтра принесу.
— Хорошо, — почти Дракон хитро прищурился, — Тогда пойдём купаться?
— Купаться?
— Ну да! На озеро, недалеко от деревни.
— Лучше не стоит, — улыбнулась Царевна, — Туда же вся деревня сбежится поглазеть.
— Не сбегутся, — отмахнулся почти Дракон, — Они ко мне привыкли уже. Насмотрелись.
— Боюсь, они не на тебя посмотреть прибегут.
— А на кого?
— В другой раз расскажу, — пообещала Царевна, — Это всё сложно и непонятно — мы так до утра следующего дня просидим.
— Только не забудь, — важно надулся почти Дракон, — А чего сейчас тогда делать будем?
— Я, пожалуй, домой пойду, меня там, поди, обыскались уже. Эй, не расстраивайся! Я утром снова приду.
Почти Дракон покусал себя за хвост и потупился.
— Ты просто хорошая, — смущаясь, пробормотал он, — Мне грустно без тебя. Ты ящерицей не обзываешься, читать учишь, даже от плохого защищать пытаешься.
Царевна вопросительно подняла бровь.
— Я про книгу, — улыбнулся почти Дракон, — Я понимаю, что там не про люля-кебаб написано было, я ведь умный. Но ты мне его всё равно принеси, вдруг окажется, что Драконы его и вправду любят.
— Принесу, — вздохнула Царевна, — Я испугалась, что ты решишь, что раз так написано, значит, так и нужно делать.
— Нет, не стану. Я ещё после рассказов моего дядюшки понял, что не стану людей жевать. Да и гадко это, как представлю, так сразу внутри всё переворачивается. Фя!
— Успокоил! Погоди, у тебя есть дядюшка?
— Был, — кивнул почти Дракон, — Но он улетел, когда я ещё меньше был.
— А мама?
— Есть, конечно, она же у всех есть. Только я её не видел никогда.
— Тебя бросили? — расстроилась Царевна, — Как же так-то?
— Ничего меня не бросили, — хихикнул почти Дракон, — Мамы Драконов откладывают яйца и прячут их в горячий вулкан. А потом через сто или двести лет оттуда появляется маленький Дракон. Не сидеть же им рядом столько времени!
— А твой дядюшка? Разве он не сказал тебе, где найти твою маму?
— А откуда ему знать?
Царевна задумчиво почесала лоб.
— Но он ведь дядюшка? Брат твоей мамы или папы, верно?
— Нет, — серьёзно ответил почти Дракон, — У нас всё просто устроено — вот когда маленькие Драконы из яиц выползают, их забирает к себе первый пролетающий мимо Дракон.
— Зачем?
— Чтобы объяснить, что к чему и научить разным полезностям. Вот таких Драконов и называют дядюшкой. Или тётушкой. А иногда случаются совпадения — твой дядюшка или тётушка на самом деле могут ими оказаться, представляешь?
— Очень необычно устроено, — восхищённо пробормотала Царевна, — Но ты думал о том, чтобы найти маму?
— Найду, — уверенно кивнул почти Дракон, — Когда-нибудь. Ладно, пойдём, я провожу тебя до края леса. И не забудь про люля-кебаб, иначе придётся жить так, как написано в книжке. Ай! Чего щипаешься? Шучу я!