— Эй, чудище страшное! А ну, повернись, биться будем! 

Змей Горыныч, всхлипывая, послушно повернулся. 

— Ой! — Богатырь от удивления выронил палицу. — Это ж кто тебя так попотчевал-то?

— Никто, — Горыныч отвернулся. — Упал я. 

Богатырь хмыкнул, обошёл Змея и сел напротив. 

— И на чью булаву ты упал? 

Горыныч вынул три трубки с табаком, вставил в каждую пасть и раскурил. 

— На камушек упал, — выдохнул он. — К реке шёл, да поскользнулся неудачно. Вот и ударился. 

— Да ты что! — сочувственно протянул Богатырь. — Это ж как упасть надо было, чтобы под каждым левым глазом по фингалу появилось? 

Горыныч хмуро пускал колечки из дыма. 

— Пойдём, — Богатырь поднялся на ноги, — покажешь мне тот камушек. 

— Я его в реку выкинул, — Змей Горыныч покраснел. — Не увидать его теперь. 

— Какая жалость. А скажи, у реки-то ты что забыл? 

— А я это. Как его… Да какая разница? Захотелось, вот и пошёл. 

Горыныч надулся и остервенело задымил трубками. Богатырь вздохнул и сел рядом. 

— Из наших кто? — спросил он. 

— Не-а, — Горыныч помотал головой. — Не местный. Доспех блестящий.

— А чего ты его огнём не спалил? Пожалел? 

— Да я думал Наська опять заявилась. Она ж всё в доспехах носится, поди разбери, кто там внутри. 

— Ладно, — Богатырь похлопал Горыныча по лапе. — Никуда не уходи, скоро вернусь. 

Через пару часов Богатырь вернулся, ведя за собой испуганного молодого юношу. 

— Этот? 

Горыныч прищурился не пострадавшими глазами.

— Вроде нет, — он пожал плечами. — Я ж говорю, тот в доспехах был. 

Богатырь кивнул и повернулся к юноше. 

— Твоих рук дело? — спросил он, указывая на фингалы под глазами Горыныча.

— Не-а, — затрясся юноша. — Я свататься приехал, из соседнего королевства. 

— Доспехи есть? 

— Да. В экипаже остались.

— А ну, — обратился к нему Горыныч. — Крикни: “За королеву!”.

— За королеву! — послушно проблеял юноша. 

Змей Горыныч задумчиво помахал хвостом. 

— Не он, — уверенно сказал он. — Да и тот повыше был. 

— Можно я пойду? — попросил юноша.

— Иди, — Богатырь махнул рукой. — Свататься-то к кому приехал? 

— К Царевне Несмеяне.

Богатырь с Горынычем переглянулись и захохотали. Юноша вспыхнул и зашагал прочь. 

— Пожалуй, зря смеёмся, — заметил Горыныч. — Он смешно выглядит, может и получится. 

— Может, — согласился Богатырь. — Ещё раз схожу, может кто видел чего. Здесь будь. 

К вечеру Богатырь вернулся, таща за руку Рыцаря в доспехах и шлеме. 

— Этот? 

Змей Горыныч пристально осмотрел Рыцаря и кивнул.

— По-моему, да. Слышь, консерва, а ну, крикни: “За королеву!”.

— За королеву! — проорал Рыцарь. 

— Точно он, — сказал Горыныч. 

— Зачем зверушку обидел? — грозно спросил Богатырь.

— Так Чудище же, — оправдывался Рыцарь. — Я смотрю, сидит. Думаю, чего подвигу пропадать? Я ему крикнул, чтобы готовился…

— Врёт. Не кричал. 

— Может забыл, — Рыцарь пожал плечами. — Да и какая разница? Это ж Чудище! 

Богатырь прищурился, выдохнул и стукнул Рыцаря сверху по шлему. Тот ойкнул и провалился в землю по шею. 

— Большая разница, — сурово ответил Богатырь. — Это наше Чудище. В своём Королевстве делай что хочешь, а наших обижать не моги. Понял?

— Понял, — пискнул Рыцарь.

— Вот и славно, — Богатырь повернулся к Змею. — Утром его вытащи, хорошо? Буянить будет — огнём. 

— Хорошо, — кивнул Горыныч. — Спасибо большое. 

— Да ладно, — отмахнулся Богатырь. — Мы своих в обиду не даём. 

Он внимательно посмотрел на фингалы и вздохнул. 

— Ну, а я тогда в другой раз зайду. Поправляйся.